Всего 3977317
30 дней 42806
24 часа 818


Авторские вечера Т. Н.Хренникова

... Свои песни Тихон Николаевич Хренников обычно называл романсами. Возможно, таким образом, ему хотелось подчеркнуть бОльшую приверженность к классической музыке, нежели эстрадной. Он писал музыку к кинофильмам и театральным спектаклям, и эти произведения становились песнями (романсами, серенадами).

 

26 февраля 1972 года в Кремлевском Дворце Съездов состоялся авторский вечер композитора Т.Н. Хренникова, в котором блистательно выступил Муслим Магомаев.
С этого концерта сохранилась программка, её отыскала Наталья (Новосибирск).
На сайте Сергея Томенюка: 

http://tomenjuk.narod.ru/9.53.html

есть аудиозапись запись одного из произведений в исполнении Муслима Магомаева – «Песни фабричного» из оперы «Мать».

Следующий авторский вечер Т.Н. Хренникова проходил  в Кремлёвском Дворце Съездов 10 и 11 марта 1973 года. Программу концерта составили в основном классические произведения композитора: арии, дуэты и отрывки из опер ("В бурю", "Мать"), фрагменты оперетт ("Белая ночь", "Сто чертей и одна девушка"), хоровая музыка и т.д. Прозвучал финал Второго концерта для фортепиано с оркестром. У рояля был сам Автор произведения – Тихон Хренников.

В конце второго отделения - наступило время песни. Оно началось Фантазией на тему песен композитора, исполненной Эстрадно-симфоническим оркестром под управлением Ю.В. Силантьева, а потом зазвучали и сами песни. Но лишь двое исполнителей песни участвовали в программе – Людмила Зыкина и Муслим Магомаев, выступление которого венчало финал вечера.

По «канонам» классического концерта Муслим Магомаев вышел на сцену во фраке. Как всегда, элегантен и восхитительно красив. Ведущая вечера, диктор Центрального телевидения Светлана Моргунова объявила песню из кинофильма «Руслан и Людмила» («Утешься, милая княжна, не надо слёз и мук напрасных…»).

Очень редкий и красивый романс, который в фильме, к сожалению, «перебивается» репликами героини, зазвучал свободно под необъятными сводами Кремлёвского Дворца, позволяя слушателям насладиться и прекрасной музыкой, и чарующим голосом Певца.

Потом была «Песенка Лепелетье» из кинофильма «Гусарская баллада» («Жил-был Анри Четвертый, он славный был король…»), песня из кинофильма «Верные друзья» («Шёл ли дальней стороною, плыл ли морем я…»)

Настоящим шедевром стала песня «Московские окна» в исполнении Муслима Магомаева.

«Вот опять небес темнеет высь,
Вот и окна в сумраке зажглись…»

Голос Артиста звучал с такой проникновенной теплотой и нежностью, словно зажигались добрым светом окна квартир в тихих московских переулках.

«Здесь живут мои друзья,
И, дыханье затая,
В ночные окна вглядываюсь я…»

Романтика вечернего города с его загадками и тайнами открывалась в песне, и самые лучшие чувства открывались в душе под звуки этой восхитительно красивой мелодии….

«Я могу под окнами мечтать,
Я могу, как книги, их читать,
И заветный свет храня,
И волнуя, и маня,
Они, как люди, смотрят на меня…»

Заветный свет «Московских окон» разнёсся потом на множестве магнитофонных лент. Песня, к сожалению, не вышла на пластинке, но её сохранили поклонники Певца, бережно передавая запись друг другу. И до сих пор хранится у меня та запись «Московских окон», которой поделились в далёкие 70-е московские друзья.

А вечер Тихона Хренникова продолжался. И «Московские окна» сменились другой песней, также чарующей светом глубокой и истинной красоты.

«Что так сердце, что так сердце растревожено,
Словно ветром тронуло струну?
О любви немало песен сложено,
Я спою тебе, спою ещё одну…»

«Романс Лапина» из кинофильма «Верные друзья» вышел потом на пластинке-«гиганте». Без устали крутилась на наших проигрывателях и радиолах та пластинка – наслушаться было невозможно.

Словно мощные крылья подхватывали слушателя, поднимая высоко над землёй, когда звучали слова:

«Через горы я пройду дорогой смелою,
Поднимусь на КРЫЛЬЯХ в синеву,
И отныне всё, что я не сделаю,
Светлым именем твоим я назову…»

Теперь песня звучала в Зале, и в голосе Певца слышалось столько нерастраченной мощи, что, казалось, весь Зал огромного Дворца мог бы подняться в синеву на крыльях этого удивительного голоса. И трепетно замирали сердца зрителей, когда вскипающая мощь переходила мгновенно в тишайшую нежность…

«Серенадой Клавдио» («Ночь листвою чуть колышет, серебрится диск луны…») заканчивалось выступление Муслима Магомаева, а вместе с ним и концерт.

… Когда Тихон Хренников вышел на сцену, было заметно, что он взволнован и потрясен. Наверно, это самое высокое счастье автора – слышать, когда его песни (или романсы) звучат ТАК. Быть может, в такие минуты автор и сам удивляется, насколько красивы его песни, и слышит их по-другому, когда талант исполнителя открывает в них особенную, глубинную красоту, где, словно волшебный свет проливается из самых сокровенных лабиринтов.

Кстати, именно в те годы в Союзе композиторов ССР, неизменным председателем которого был Тихон Николаевич Хренников, заговорили о том, что у песни не два, а три автора, признав полноправным автором исполнителя песни. Быть может, в тот звёздный час, когда в восторженном восхищении рукоплескал Зал Кремлёвского Дворца, а потрясенный композитор вновь взволнованно благодарил Певца, и пришло это признание...

К счастью, видеозапись авторского вечера, состоявшегося в марте 19773 года сохранилась, и мы можем вновь и вновь слушать прекрасное  выступление Муслима Магомаева в том концерте 

на страничке "Видеозаписи" в разделе "ОСТРОВ СОКРОВИЩ"

Из газеты "Советская Культура", 1 июня 1973 года:

Спасибо Наталье, Лидии, Сергею и всем, кто сохранил уникальные материалы!

 
       
Rambler Top100 Рейтинг@Mail.ru